propaganda_red (propaganda_red) wrote,
propaganda_red
propaganda_red

Вырванные годы

"2010 год - это первый год, когда в нас не будет общего призыва, это будет контрактная армия", - сказал в сентябре 2007 года Виктор Ющенко (во время пребывания в Бережанской воспитательной колонии для несовершеннолетних).

Недавно президент Виктор Ющенко издал указ, которым ввел в действие решение Совета национальной безопасности и обороны «О неотложных задачах по повышению обороноспособности Украины». Этим указом он отсрочил перевод вооруженных сил Украины на контрактную основу на пять лет. В указе Ющенко внимание акцентируется также на недостаточном уровне боеспособности вооруженных сил Украины, "что связано с финансированием, которое является самым низким среди европейских государств".

Уже сейчас солдат срочной службы стараются определять в части неподалеку от их места жительства для того, чтобы их родителям было удобнее кормить голодных защитников Отечества. Как при таком положении дел как поступить с военными частями уже успевшими перейти на контрактную основу?

Надеюсь что нижеследующее интервью, поможет властям (видимо не имеющим никакого представления о состоянии армии) принять эффективные решения по ее расформированию. Интервью-отчетом делится с нами Мамонов Артем - недавно уволившийся «контрактный» военнослужащий...


- Артем, чего ты ожидал от контрактной службы? Зачем туда пошел?

- В армию с высшим образованием единицы идут. Думал, что на контрактной службе я буду нужным не так как, в остальных частях - лопатой махать. Ведь я владею английским языком, и мне пообещали, что на корабле, который принимает участие в международных учениях, будут нужны переводчики... вся моя наивность развеялась в первый же день...

- Давай по порядку...

- С подписанием контракта меня почему-то торопили: «Побыстрее сделай документы, потому что через 2 недели корабль отправляется в море». 15 июля 2008 года подписал контракт и отправился в Крым, на свой корабль - большой противолодочный корвет, на должность оператора связи. По расценкам, развешанным в военкомате, моя стартовая зарплата должна быть - 1200 гривен.

- 1200 гривен - деньги небольшие...

К этим деньгам прибавляются «морские» - надбавка, которую начисляют, когда корабль находится в море. К тому же в море украинские корабли выходят, чтобы принимать участие в НАТОвских учениях. А это плюс еще одна отдельная доплата экипажу от Альянса. Так что за 3 года службы - можно было бы скопить денег для чего-либо в гражданской жизни... по идее...

- Почему «по идее»? Не скопил?

- А как, если тому кораблю не светит никуда отправиться! Мы там из трюма каждых 2 дня воду вышкрябывали. Она туда через пробоину в носу затекает постоянно. Пушка ни одна не работает на корвете. Связи вообще нет! Советский корабль... гниет.

- Таким было твое первое впечатление?

- Наоборот. Встречают отлично. Команда говорит только о хорошем. Все очень вежливые, все вокруг объясняют, показывают. Даже офицеры обращаются к тебе на «Вы». Но парадокс! Как только ты ставишь подпись на контракте, отношение к тебе кардинально меняется. Ты «попался» и в обращении вместо слова «шановный» ты сразу и навсегда «придурок». А дальше уже в твоем отношении начинают нарушать законы, причем делают это открыто.

- Каким образом?

- Первым делом по приезду тебе обязаны вернуть деньги за билет. Этого не было сделано ни для кого. Во-вторых - аналогичным образом абсолютно никому по прибытии в часть не выдали «подъемных». А «подъемные» - это обязательная (!) предусмотренная государством выплата денег контрактнику в размере 1-го оклада, чтоб он месяц до первой зарплаты не голодал. Специальный рапорт на выплату этих денег написали все матросы, а значит - закон был нарушен столько раз, сколько было подано рапортов. Третья сумма денег - «материальная помощь» по закону должна выплачиваться служащему раз в год как 13-я зарплата. До конца 2008 года ее не выдали никому! Мы связывались с контрактниками из других областей - там та же ситуация. Судя по всему, такое происходит во всех военных частях Украины.

- Но ведь армия - это государственная служба, социальный пакет, страховка, гарантии. Вам начальство объясняло, почему твориться такой беспредел?

-Объясняли так: «Когда-нибудь заплатим, сейчас нет денег... Мы здесь причем?!» Начфин говорил еще проще: «Я тебе что - волшебник? Копперфильд? Помахал рукой - появилась денежка? Свободен!» - кстати там всегда так нагло общаются.

Продолжу тему нарушений: вместо положенных 1200 гривен зарплаты нам начали платить около 900 (максимум 980) гривен. Кстати, начальник финансового отдела по этому поводу отшучивался от солдат так: «Будешь командиром - будешь получать 1200». Так что если в первый месяц я получил почти полную зарплату, то потом ее цифра стала плавающей и резко пошла на убыль. Я злился, матросы постарше улыбались - всех их так «развели», что тут остается делать?

- Но ты же знал, на что идешь?

- Да кто из нас, когда подписывал контракт, понимал на что идет? Как можно представить ситуацию, когда 3 года вообще ничего не меняется вокруг тебя! Такое можно только прочувствовать... Ведь нас всех обманули! Нам пообещали, что мы будем или в плавании, или когда корабль будет стоять в порту - жить не на нем, а в общежитии на берегу, как обычные гражданские. Нам говорили в военкомате, что мы будем ходить на службу как на работу - так положено в каждой профессиональной армии!

- А вы где жили? В каютах?

- Если бы... Каюты - у старших офицеров. А мы жили вместе со срочниками в кубриках. Кубрик - это ужасное помещение: летом жарко и душно до потери сознания, зимой одновременно и сыро и холодно. Двухъярусные койки, столик посередине и банка. И тараканы размером с крыс.

- Это было единственное нарушение Устава?

- В той части, где я служил, ни офицеры, ни даже матросы на Устав практически не обращали внимания. Если вы черпаете информацию не только с телевизора, то вам наверно известно, что дедовщина в армии есть. Уточню - на кораблях дедовщина самая ужасная, ведь матросу негде «развеяться». Они там просто за полтора года с ума сходят. Никакой романтики во флоте не осталось - корабль это просто тюрьма на плаву. Все полтора года мы стояли на пристани в одном и том же месте - никаких морей и океанов не видели. Выходили из корабля только в столовую и только потому, что на корабле камбуз давно вышел из строя. Представьте себе: жить на очень маленьком пространстве, ходить по нему кругами и терпеть, как твои соседи пытаются выжить тебя, сломать... Никто к такому чисто психологически не готов.

- А разве на такую готовность тестов в военкомате не проходят?

- Не проходят. Ведь президент сказал же, что дедовщины нет. А это значит, что ее НЕТ, даже если она есть! Да и как можно подготовиться к тому, что тебя будут годами унижать, бить, оскорбляют, задергивать по пустякам, прессинговать, выводить из себя, наказывать по пустякам и без повода вообще... В армии, как и в тюрьме, тебя пытаются «опустить». Тебе создают ситуацию постоянного, круглосуточного напряжения, и рано или поздно ты «прогнешься».

Но все по порядку, а порядок матросы признают один - «Кто ты такой?» (по количеству прав): если «новенький» - в армии это «Дух», то на флоте имя ему «Дрыщь». За ним получаешь звание «Карась» - это армейский «Слон». Еще выше по рангу «Борзый карась», то же самое, что «Череп» в сухопутных войсках. И «Годок» (тот, кто прослужил год), это «Дедушка». Последних, конечно же, никто не трогает, а вот у дрыщей и карасей - одни проблемы. А затянутых ребят (приехавших из глубинки, или из Закарпатья) бьют вообще без какого-либо видимого повода. Бьют из-за того, что они «тупят», то есть не понимают того, что от них требуется, и одним своим существованием раздражают «Дедушек».

- А на контрактных служащих эти законы тоже распространяются?

- То, что на контракте нет дедовщины, - сказка. Вдумайтесь: ведь на контракт в большинстве своем идут сверхсрочники, то есть те, которые срочную службу прослужили в свое время. Конечно же, такие удобные для них обычаи дедовщины они переносят и на контракт. Ведь они сразу получаются «Дедушками», а ты для них становишься тем же «Духом», за сигаретами им бегаешь, ведь раньше не служил, а учился или работал. Мне «годки» говорили: «Ты особенно не расслабляйся, что ты контрактник, это не значит что мы тебя бить не будем». Отношение к нам было негативное хотя бы из-за того, что мы служим со срочниками на одном корабле, но не на равных условиях - нам же зарплату платят. К тому же контрактников на корабле абсолютное меньшинство. Поэтому со временем мы стали чаще слышать такое: «Мы все на одном корабле и вы тоже «дрыщи» как и остальные моряки». Деньги не всегда отбирают: зачем, если ты все равно их тратишь на «Дедушек»? «Пойди-купи-достань-принеси мне что-то» - самое частое обращение к тебе в армии. Или такое: «сделай за меня то-то и то-то». По сути, ты выполняешь только чужую работу, на свою - времени не хватает.

- Ну а если отказаться?

- Можешь и не выполнять, но за это тебе понемногу отбивают почки. Попробуешь раз не сделать что-то... а дальше сам решай, что для тебя важнее, справедливость или здоровье. Вот, к примеру, игра «Фанера к осмотру» - безобидное веселье. Играют так: тебе изо всех сил бьют в солнечное сплетение, а ты после этого быстренько встаешь и громко рапортуешь: «Фанера двухслойная бронебойная 1985 (год твоего рождения) года выпуска осмотр прошла! Повреждений не обнаружено!». Если тебе «сбили дыхание» и ты не можешь ничего произнести, то бьют еще раз, и еще... По традиции разрешается посмеяться над собой вместе со своим обидчиком.

Или вот еще одна игра, называется в «Игра в лося». Смысл игры в том, что тебя бьют кулаком в лоб. А ты должен терпеливо ждать. Интерес в том, что у тебя есть право положить ладони на лоб (одна на другую) чтобы немного смягчить удар. Лежащие «крест на крест» пальцами вверх ладони похожи на рога лося. Так что если ты гордый очень и не хочешь быть похожим на «лося», то можешь не выставлять руки. Но результат один - тебя бьют - ты падаешь - всем смешно. Во втором случае получается травматичнее намного, но как бы менее позорно.

А еще на корабле все носят пилотки. А на пилотке впереди кокарда. И если ее пилотку натянуть на лоб и ударить по нему, то штырь от застежки с другой стороны кокарды делает дырочку во лбу. Так тоже издевались, хотя и реже. Хотя чаще всего бьют без особых церемоний. Мичмана (прапорщики), старшины (сержанты) и офицеры от скуки стоят на палубе и всем, кто проходит мимо них, дают оплеухи, подзатыльники, бьют по ребрам, и извиняюсь... «отвешивают пендоля». Просто так делают с любым матросом - развеять скуку, посмеяться. Они же всегда пьяные... «под пивом».

-Как так!? Они же на службе... при исполнении воинского долга в пьяном состоянии?!

- Да они постоянно пьют. К примеру, иногда нужно было двигатель корабля прогревать, чтобы он изнутри паутиной не оброс. Так вот когда его заправляют в этот же день старшины и офицеры БЧ 5ые (мотористы) вечером с канистрами убегают с корабля и возвращаются смертельно пьяными, просто приползают. Вообще, все по-разному на самогон зарабатывали.

Вот с нами служил один сержант, умный парень, разбирался в технике и в приборах, и знал где и в каком приборе есть золотые запчасти. Его поймали на воровстве... но не посадили. Ему сказали: «мы тебя пожалели». На самом деле там просто никому не нужны проблемы и лишние расследования. Вместо тюрьмы он был вынужден подписать контракт еще на 3 года... на том же корабле.

- Он наверно станет супер-профессиональным моряком?

- Он им там за всю жизнь не станет! Там готовят кого угодно, но не профессионалов! Нас всегда это слово бесило сильнее всего! Ни одного практического занятия с нами не провели!!! Даже на обязательный полигон раз в году - и то не водили. Говорили: «У государства нет денег». Тогда, спрашивается, зачем такому государству контрактная армия? Разве что раз в неделю проводили лекции про НАТО, очень подробные. Об его истории, о том, как и когда он был создан, для чего и как развивается, о том что это «Безпека світу... Борьба з корупцією...».

- Но я в отличие от остальных уже слышал всю эту пропаганду на парах, причем здесь конспекты получились слово в слово такие же, как в университете. Почему? Спросить об этом у иностранного офицера так и не получилось - мы их так и не увидели. Наш корабль был такой дряхлый, что даже если вокруг другие украинские корабли и возились в каких-то учениях, то мы в это время просто стояли на палубе и, отдав честь, смотрели, как там все это делается. Или как я - с вениками в руках...

- То есть?

- Я во время НАТОвских учений ходил по кораблю с веником и паутину собирал с торпедного аппарата. Стою в пилотке и скручиваю с него веником паутину, и тут замечаю: учения начинаются - стреляют, шумят, маневрируют... Ну, я под «торпедник» сел и наблюдал тихонько - интересно же. Телефоном фотографировал. Жалко, что телефон украли на том же корабле.

- На корабле воруют?!

- Да там воруют сплошь и рядом. Причем все. И что интересно - живут все вместе, вроде бы друзья, но все равно воруют друг у друга и никто не знает потом, кто, что и у кого украл. К примеру, у каждого есть своя тумбочка. Вечером приходишь к ней зубы почистить, и ты не уверен, найдешь ты сейчас там свою бритву, мыло или зубную пасту или она пустая. Причем воруют что угодно «без разбору». Даже трусы могут украсть - просто посмеяться: за борт выкинуть и сфотографировать. Новые носки «уходят» первым делом - это дефицит; лосьон для бритья тоже нужно прятать, гражданское мыло ценится. У меня даже часть формы украли - брюки, рубашку...

- А кто занимается расследованиями воровства?

- Никто. Я раз подал жалобу. Сказал мичману «у меня украли тельняшку, как мне выйти на построение», а он ответил: «О! У нас на корабле появились крысы!» и провел «расследование» - подозвал дежурного матроса и пошвырял им немного об железную стенку за то, что тот плохо следит за порядком. Потом мичман сказал дежурному, что это я его «заложил» и отпустил нас вдвоем. Дальше рассказывать не стоит: я сделал выводы: жаловаться на что-то - себе вредить.

- Может быть, в таких условиях в солдате лучше развивается верность «своим» какой-то «дворовой патриотизм»?

- Патриотизм!!? Ничего подобного! Все мечтают служить на русских кораблях. Во-первых, контрактник на русском корабле в Севастополе получает 3800 гривен. А наши - 1000 гривен в лучшем случае. Разница есть? Ну и по рассказам условия у русских моряков созданы более человеческие... А у нас даже с формой были неполадки: когда я туда только пришел, я еще недели две ходил без формы. Служил в том, в чем приехал. В футболке и в джинсах. Потом что-то выдали, и то не все, что положено по списку. Сказали: «Нет подходящих размеров». За все время службы этих «подходящих размеров» так и не появилось, хотя телосложение у меня самое обычное. А то, что нам выдали... к примеру, у матроса должны быть две рубашки - с длинным и коротким рукавом. Выдают две с длинным, и от второй ты отрезаешь рукава. Сколько я не ждал, но форменные туфли так и не получил. Мне сказали: «Будет первая зарплата - покупайте сами». Поэтому я долгое время надевал форму и кроссовки. Так и ходил.

- За кроссовки наказывали?

- Каждый день! В итоге заставили таки купить те туфли, которые должны были выдать.

- Расскажи о своем таинственном переводе с корабля на сушу...

- Мой перевод произошел совершенно незаконным путем. С температурой 40 я попал в госпиталь - все признаки воспаленного аппендицита. Так и диагностировали. Потом вместо этого дали другой диагноз - острый приступ гастрита. Через 3 недели болезни за мной зашел человек в зеленой военной форме, которой я никогда до этого не видел и сказал просто: «Я тебя забираю в часть». Я ему ответил, что не знаю, о чем он говорит, и попросил документы. Он сказал: «Тебя уже перевели в сухопутные войска. Собирайся, пойдешь под конвоем». Так отвели в новую часть. Вот таким диким образом я и оказался в береговой артиллерии. Как это произошло - до сих пор не знаю. Просто без моего ведома меня переписали из одних документов в другие. А на берегу еще хуже условия - зарплата 870 гривен и больше не кормят - питайся сам за эти деньги. Поселили в общежитие. Сижу возле вещей и думаю - к кому обращаться за помощью...

- И как же ты поступил?

- Я поднял шум: говорил, что не соглашался ни с каким переводом и вообще контракт подписывал о службе на корабле. Просил показать мне этот документ! Там с другой стороны контракт подписал командир корабля капитан 3-го ранга К. И, наверное, это все незаконно. Но меня никто не захотел слушать: иди, пиши жалобу... может быть, мы ее потом рассмотрим. Так я и остался в новой части в «отдельной береговой артиллерийской группе». Там мы жили в маленьких двухкомнатных квартирках по восемь человек. На всех 1 зеркало, 1 умывальник и перед ним 8 человек должны успеть побриться за 15 минут и успеть на построение. Кухня была меньше чем в «хрущевке» - восемь человек там никак не помещались за раз поесть. Если стоя. На кухне стоит электроплита, но она никогда не работает, потому что нет электричества. Военные задолжали «Крым-Энерго» и поэтому света у нас чаше всего не было. На суше, кстати, вместо фразы «у государства нет денег на...» что-либо, говорили мягче: «У государства огромная задолженность за...» электроэнергию, воду, отопление и все прочее. Один раз всю воинскую часть отключили от электричества на целый месяц. «Свет выключили» в октябре месяце. Отопления тоже не было. Мы мерзли. Спали в шапках, накрываясь не только солдатскими одеялами, но и бушлатами и, вообще, всем, что могли найти. Приготовить еду - невозможно, хранить ее - тоже негде - холодильник же не работает.

- Что же вы ели?

- Целый месяц мы ели одни бутерброды: хлеб с майонезом и с паштетом. И ничего горячего! Хлеб, полуфабрикаты, «Мивина» всухомятку - весь рацион. У нас начались проблемы с желудками, но это было привычное дело - в армии кормят одним комбижиром и солдаты привыкли к изжоге. Многие правда попадают в больницы с гастритом, потому что приступы очень страшные... то есть заметные. Мы даже чаю не могли себе сделать. По той же причине не могли ни помыться, ни постирать вещи. Хоть горячей воды там никогда не было, но если до отключения мы кипятили воду в ведре и по очереди из него мылись, то теперь вскипятить ее было не как. Костры что ли жечь? Хотите, верьте, хотите, нет, но вся часть вообще целый месяц не стиралась, не мылась. Вся эта обстановка доводила солдата до того, что в день зарплаты он пропивали половину денег.

- А потом не хватало?

- Все равно их и так не хватило бы... Мы жили не в Новоозерном - это курортный городок, «в сезон» цены там в 2-3 раза выше чем в Хмельницком... Поэтому контрактного служащего, как и студента, спасают только передачи из дома. Солдата из отпуска встречают несколько человек, чтобы можно было дотащить огромное количество сумок с едой.

- Не тяжело?

- Однажды нам дали приказ: «Загрузить маленький уазовский прицеп металлическими кроватями и ходка за ходкой, по частям, переместить весь металлолом от казармы на склад». Впрягались мы в прицеп вчетвером: двое тащили его на себе - двое толкали сзади. Представь себе картину - мы так идем вдоль шеренги рабочих «Уралов» и «Зилов». Там же грузовиков больше чем солдат. И всю ту тяжесть, что мы носили в руках, можно было погрузить на машины и за раз отвезти куда нужно...

- Вы носили их в руках в порядке наказания? Почему детали не перевезли?

- Это работа такая. Солдаты работают для экономии бензина. Мы постоянно носили тяжести и на твой вопрос нам всегда объясняли аксиому «Зачем утруждать технику тем, что может сделать солдат». В общем, когда мы поднимали прицеп под горку, один парень упал, мы втроем не удержали ношу, и прицеп тоже завалился на бок. Мне на ногу. Я получил серьезную травму. Я не мог после ни работать, ни ходить, ни даже сапог на ногу натянуть. В госпитале меня разубедили в причине травмы, сказали: «Это у тебя не ушиб, а гипергидроз стопы, оттого, что ноги часто потели». Так и записали в карточку. А потом врач добавила: «Придурок, думаешь, мы не понимаем, что ты сам себе ногу повредил чтобы «откосить» от работы? Ты никому не скажешь, как это произошло, понял?».

- Как это понять?

- Мне соседи-фельдшера объяснили, почему так произошло. Если бы они записали это как травму - по факту прошло бы расследование. А, узнав все обстоятельства, комиссия спросила бы с моего начальства - почему не организована безопасность труда. А это значит что сначала наказали бы врача, потом командира взвода, после него командира батареи, дивизиона, и так пока бы не нашли ответственного... А никому проблемы не нужны, потому так делают постоянно. Расследований в армии никто не допустит, к примеру, офицеры говорят солдатам, чтобы те заклеивали синяки вокруг глаз пластырем и если их спросят что это - чтоб отвечали что это конъюнктивит.


- Чем закончилась «история с ногой»?

- Из-за этой записи в медкарточке мне не дали никакого освобождения от службы и единственное, что разрешили, - это опять ходить в кроссовках, а не в берцах. И снова та же «форма», только зимний вариант - бушлат и кроссовки белые. И так я продолжал работать, пока не заработал себе грыжу. Мне сказали, что нужно пройти Военно-лечебную комиссию. Держа в руках результаты, доктор заметил, что если бы я был срочным военнослужащим, то давно бы уже был комиссован. Но контрактные служащие приравниваются к офицерам, и лечиться должны сами, лечение в контракт не входит. А разорвать контракт по состоянию здоровья практически нереально, для этого ты должен едва ли не инвалидом стать. Сказали: «Процедура до сих пор не выработана». Вообще в армии часто болеют по глупым причинам, но это помогло мне, не за «просто так», конечно, перевестись на срочную службу и уйти в запас. Я был счастлив: я знал, что пока все остальные будут еще служить два года, я буду гражданским уже: мало ли что со мной могло произойти на флоте еще за это время...

- А разве может быть хуже?

- А разве по телевидению не рассказывали, что люди там вешаются? На соседнем с нашим корабле, этим летом один повесился. Его успели снять и откачать. Потом отправили в «дурдом» и комиссовали по душевной болезни через месяц... как сумасшедшего. Такие случаи случаются достаточно часто - ребята не выдерживают обстановки, и их списывают. Я, к примеру, ехал домой с температурой, сначала болел бронхитом, потом началось воспаление. Это потому что в морском флоте нельзя застегиваться на верхнюю пуговицу. По форме нужно, чтобы всегда была видна тельняшка. А это значит что даже зимой, сколько бы на тебе не было одежды шея и грудь все равно открыты. Поэтому там практически у всех бронхит.

А еще нас всех травили бромом каждый день. Его добавляли и в чай и в еду. В чае он заметен - как особый осадок медно-коричневого цвета, его ни с чем не спутаешь. Хотя официально нам ничего про это не говорили. Но эта процедура называется «Бром-дезактивация», ее делают, чтобы матрос на девушек не отвлекался. Не знаю, как оно потом нам всем аукнется с годами: яд же в организме накапливается.

В заключение хотелось бы обратится к молодому человеку, мечтающему «бороздить моря и океаны» на военном корабле: «Уважаемый призывник, подумай дважды, а то и трижды - стоит ли служить в такой армии. Подумал? Удачно тебе «откосить».
Максим Мельник
http://propaganda-journal.net/792.html
Tags: Украина, патриотизм, политика
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments